Мел Гибсон (Джек Лондон, ЛИЭ)

(27-07-2016 18:00) 

Об его участии в „Храбром сердце” (1995) в качестве актера, режиссера и продюсера: „Если вы собираетесь носить три шляпы, лучше отрастите еще две головы”.
Для тех, кто находится вне Церкви, нет спасения. Я верю в это. Моя жена – святая. Она гораздо лучший человек, чем я. Честно. Она принадлежит к епископальной церкви Англии. Она молится, она верит в Бога, она знает Иисуса.

О „Страстях Христовых” (2004): Это фильм о вере, надежде, любви и прощении. Темы, которые так же важны сейчас, как и во времена Иисуса.
Как вы знаете, я уж точно не был самым ревностным «хранителем огня». Я был довольно диким мальчиком, если уж совсем откровенно. Даже сейчас, когда я пытаюсь быть больше, чем я был раньше, я по-прежнему не каждый день на одном и том же уровне, но это и значит быть человеком.

Я хотел бы просыпаться рано каждым утром, но я этого не делаю. Я хотел бы бросить курить. Я хотел бы никогда не терять самообладания. Этот список бесконечный. Я бы даже хотел одеться самостоятельно, а не чтоб другие люди следили за моим внешним видом.
Я сделал много сумасшедших вещей, так что я удивляюсь тому, что я жив.

Об исследовании эмбриональных стволовых клеток человека: «Я узнал, что эти процессы будут использоваться для клонирования человеческих эмбрионов, и лично для меня в этом есть моральная проблема. Почему я, как налогоплательщик, должен финансировать то, что я считаю неэтичным?»

Будьте уверены, ни я, ни мой фильм не являемся антисемитскими. «Страсти» – это фильм, который призван вдохновлять, а не обижать. Мое намерение в том, чтобы создать сильное произведение искусства и породить серьезные мысли среди зрителей различных религиозных верований, или всех тех, кто имеет благосклонное отношение к этой истории. У меня ни к кому нет ненависти – и, конечно, не к евреям... Они мои друзья и соратники, как в моей работе, так и в общественной жизни. К счастью, беззаветная дружба, скрепленная десятилетиями, не была поколеблена всякими инсинуациями.

Антисемитизм противоречит не только моим личным убеждениям, это также противоречит основным идеям моего фильма... Для тех, кто обеспокоен по поводу содержания этого фильма, знайте, что он соответствует описаниям страстей и смерти Христа, найденных в четырех Евангелия Нового Завета... Это фильм о вере, надежде, любви и прощении – то, что крайне необходимо в наши неспокойные времена.

Я не проповедник, и я не пастор. Но я действительно чувствую, что вся моя карьера вела меня, чтобы снять «Страсти Христовы» (2004). Святой Дух действовал через меня в этом фильме, а я был просто проводником его действия.

Голливуд – это завод. Вы должны понимать, что вы работаете на заводе, и вы часть механизма. Если вы не справляетесь, вы будете заменены.

Мой папа научил меня моей вере. Я считаю, что он научил меня. Этот человек никогда не лгал мне в своей жизни. Люди говорили: «Ну, он просто старый чудак». Нет, он не старый чудак. Он очень умный. Он полностью владеет всеми своими умственными способностями. И если он говорит что-нибудь, то у него на это есть причины, почему он говорит, и он может доказать это. Он очень умный.

Я политически некорректный, это правда. Политкорректность для меня – это просто интеллектуальный терроризм. Я считаю, что это действительно страшно... Ни один человек не будет любить тебя все время.
Я недавно узнал, что я маниакально-депрессивный :).

Никто не без греха. Вы должны попытаться искупить свою вину, если вы можете. Вы должны заткнуться и двигаться дальше и не ныть об этом. И вам приходится иметь дело с этим, как человеку. Вы просто должны принять свою собственную вину.

Феминистки не любят меня, а я их не люблю. Я не знаю, почему феминистки так ко мне, но это их проблема, а не моя.
Я никогда не относился ни к кому плохо или дискриминационным образом в зависимости от их пола, расы, религии или сексуальности – за все время.

(О его фильме „Храброе сердце” (1995)) Некоторые люди говорили, что, рассказывая историю, мы кое-что напутали. Это не беспокоит меня, потому что я даю вам этот кинематографический опыт, и я думаю, что фильмы должны, во-первых развлечь, а затем научить и вдохновлять. Там, вероятно, были исторические неточности  – немало. Это не обязательно должно быть точным. В некоторых из вещей, которые я читал о нем, Уоллес был не так хорош, как он был в киноленте. Мы немного романтизировали его, но это язык фильма – он должен быть кинематографически приемлемым. На самом деле он был монстром – с ним всегда был запах дыма... Он был похож на то, что викинги называли «Берсеркер». Но мы как-то изменили акценты, потому что кто-то должен быть хорошим парнем, а кто-то - плохим парнем, и каждая история имеет свою собственную точку зрения. Это было нашей установкой.
 

Мел Гибсон (Джек Лондон, ЛИЭ)

Мел Гибсон (Джек Лондон, ЛИЭ)

Мел Гибсон (Джек Лондон, ЛИЭ)

Мел Гибсон (Джек Лондон, ЛИЭ)

Мел Гибсон (Джек Лондон, ЛИЭ)

Back to top

карта сайта