Уиллем Дефо (СЛИ, сенсорно-логический интроверт)

(22-04-2017 21:18) 

Я не думаю, что люди хотят видеть меня обычным парнем, а, кроме того, я и так обычный парень в реальной жизни. Я просто хочу быть, так сказать, безрассудным в своей работе.

Проводящие кастинг чувствуют, что они должны получить кого-то, кто выглядит определенным образом, но я думаю, что «присяжные» все еще не знают, находят меня люди привлекательным или нет.

Иногда, после собеседования, я говорю себе: «Человек, ты был так честен – разве тебе не весело? Разве ты не можешь сделать что-нибудь по-настоящему грязное и лживое?» Но пуританин во мне думает, что если я солгу, я буду наказан.

Причуды – это не моя игра. Я всего лишь мальчик из Висконсина.

Самое худшее – это привлечь к работе людей, которые не любят то, что они делают.

Я один из тех людей, которые, переходя через мост хотят прыгнуть. Просто это сильное щекотание в горле. Это все равно, что находится все время на пороге, пока прохожу через этот мост, и поэтому я не собираюсь выпускать релиз, пока не прыгну.

(О том, помогают ли хорошие актеры другим актерам): «Вы всегда ищете хороших людей для работы, потому что вы подпитываете друг друга, вот и все».

(О том, почему он стал актером): «Знаете, это изменяется. Когда все начинается, то в самом начале, я думаю, это чисто социальная вещь. У тебя есть мотивация, и она находит свою реализацию таким путем, через игру.

Привлечение внимания – это способ просто вписаться в социальную жизнь, а затем, когда я становлюсь старше, оно превращается во что-то другое».

Я никогда не играю. Я просто выявляю настоящее животное, которое во мне.

Я оптимист. Я надеюсь, что если фильм хорош, то он будет успешным, но, как мы знаем, это не всегда так, и не только из-за модного вкуса, рекламы, распространенных шаблонов, есть еще много причин.

Когда что-либо не становится таким хорошим, каким оно заслуживает быть в вашем уме, это довольно прозрачно, вы обычно знаете, почему так происходит. Это комфортно? Да, потому что это логично. Это делает вас счастливым? Нет, потому что, если вы думаете, что фильм красивый или интересный, вы хотите поделиться им.

Это действительно правда; вкус тут не берется в расчет. Иногда вы создаете очень интересные фильмы, которые не предназначены для всех. Но это капиталистическое общество, поэтому все вступают в сговор, чтобы оценить, будет оно продаваться или нет.

Хотя у нас очень сильная поп-культура, корни нашей культуры очень мелкие, и мы делаем акцент на том, как кино делает прибыль, насколько кассовым будет фильм. Много лет назад было бы вульгарно печатать кассовые статистики в газете.

Теперь «Нью Йорк Таймс» это делает, и это стало вполне серьезным занятием для людей, интересующихся искусством и развлечениями. Вот почему акцент смещается от кинорежиссеров и падает уже на кинозвезд и деловых людей.

Любой актер, который говорит вам, что он делает выбор, абсолютно ошибается. Вы считаете, что находите работу, а на самом деле работа находят вас.

Когда вы оглядываетесь на свой опыт, это правда, что иногда самые ужасные события могут обрушиться на ваш лучший труд.

Все время вы, как актер, должны себя спрашивать, что дальше и куда идут дела. Если вы не задаете эти вопросы, вы не будете расти.

Иногда у меня появляется желание немного контролировать то, что я делаю, особенно когда я снимаю небольшой фильм. Но в основном мои импульсы – это импульсы ребенка. Мне нравится быть самой вещью. Мне не нравится думать об этом. И это не значит, что я не аналитик или что я антиинтеллектуален.

Я не пытаюсь сказать, что я совершенно интуитивный тип парня. Просто мое истинное удовольствие, в котором я чувствую себя жизненно важным, и где все исчезает, – это когда я занимаюсь этим, и я ищу эту возможность, не связанную с другими обязанностями. Но я становлюсь слишком серьезным.

Когда я пытаюсь себе объяснить, что я делаю, у меня появляется немного отвращение к себе, потому что я подхожу слишком серьезно. Проще говоря, это удовольствие  – заимствовать чужое тело и чужую жизнь. Это ремесло, и это немного похоже на вуду, потому что вы не знаете точно, как вы это делаете.

(О его актерском стиле) Это одна из тех придуманных вещей. Я провожу много времени в Германии, так что это в моей голове. Я не чувствовал необходимости идти к тренеру для обучения диалогу и быть очень скрупулезным, потому что это не в духе того, как к нему следует подходить. Я считал и считаю, что его нужно играть и изобретать.

Насчет немецкого акцента – это моя идея.

(О Голливудских актерах). В принципе у меня нет фаворитов. Выносить суждение о том, что уже сделано, – это защитное действие, и я думаю, что это плохо пахнет.

Есть все виды фильмов, всевозможные импульсы и всевозможные потребности для людей, которые смотрят фильмы, и иногда я буду снимать фильм, о котором я особо не забочусь, но потом я натолкнусь на кого-то, кому он близок. И им это будет нравится.

Таким образом, то, что для меня лично есть самоотдача, для кого-то может быть даже опасным, потому что они могут найти удовольствие там, где я не могу.

(О его любимых ролях) Большая часть работы происходит, когда вы на съемочной площадке. Это похоже на коктейль – вы знаете, кто будет там, у вас есть определенные надежды на темы разговора и социальную динамику.

В то же время, когда вы приедете, вы должны быть в состоянии отказаться от этих предубеждений и быть прагматичным. Но иногда самое главное – просто иметь хороший костюм.

(О подготовке к героям, которых он играет) Мне всегда хочется здесь кое-что перепутать, поменять. Если вы едите макароны в течение недели, то, в конце концов, вы начнете хотеть чего-то еще. Сбалансированный рацион различных ролей и разных историй и фильмов – я думаю, что это способ оставаться здоровым с точки зрения артистизма и карьеры.

Это забавно, потому что вы не закрепляете лишь один способ, которым вас можно видеть. Это один из путей карьерного роста. Вы можете сделать из себя личность, и также сделать себя почти вещью.

Вы можете использовать это, и это может быть интересным на картинке, но я все еще тот актер, который любит присоединяться к существующему материалу, а не находить материал, чтобы поддержать идею о том, кто я или кто-то из тех, кого я сделал, или какую-то роль, которую я создал.

(О своей роли в «Последнем искушении Христа» (1988)): «По сей день я не могу поверить, что был настолько наглым, чтобы думать, что смогу сыграть роль Иисуса».

(О его карьере) Я всегда ищу приключения – я стараюсь не работать только для работы. Я всегда пытаюсь найти людей, которые горят, чтобы рассказать историю, а затем помочь им сделать это.

Я стараюсь избегать всякого, кто ходит вокруг да около – кино- производство должно быть возможностью сделать что-то очень захватывающее. На каком-то уровне я – наркоман сенсаций.

Я всегда очень люблю лаконичные, отключающие персонажи, у которых богатая внутренняя жизнь, такая, что вы должны сдерживать это. Есть забавное представление о том, что я играю плохих парней, но если Вы действительно знаете мои фильмы, большие и малые, то, правда, часто я играю и хороших парней.

Но они хорошие ребята, которые стали испорченными, хорошие парни, которые находятся вне общества. Они странные, либо даже преступники, но морально они склонны вести себя как хорошие люди.

Уиллем Дефо (СЛИ, сенсорно-логический интроверт)

Уиллем Дефо (СЛИ, сенсорно-логический интроверт)

Уиллем Дефо (СЛИ, сенсорно-логический интроверт)

Уиллем Дефо (СЛИ, сенсорно-логический интроверт)

Уиллем Дефо (СЛИ, сенсорно-логический интроверт)

Уиллем Дефо (СЛИ, сенсорно-логический интроверт)

Уиллем Дефо (СЛИ, сенсорно-логический интроверт)

Уиллем Дефо (СЛИ, сенсорно-логический интроверт)

Уиллем Дефо (СЛИ, сенсорно-логический интроверт)

Уиллем Дефо (СЛИ, сенсорно-логический интроверт)

Back to top

карта сайта